Исследование: социальные сети предпочитают люди среднего возраста и женщины

Мониторинговая компания Pingdom задалась целью определить, кто составляет аудиторию основных социальных сетей в США. Для этого компания провела исследование, в которое на ряду с другими, вошли такие сети, как Facebook, Twitter, LinkedIn, Pinterest, Quora, LiveJournal.

Во-первых, компания решила определить возрастное распределение пользователей среди 24 социальных сетей, которые вошли в исследование. Как оказалось, более половины посетителей этих сайтов (51%) — люди от 25 до 44 лет.

Что интересно, следующей за ними по численности группой идут 45–54 летние (19%), а не подростки, как могло бы показаться. Процент молодых людей 18–24 года составляет 16%. А вот дети, тинейджеры и пожилые люди довольно редко пользуются социальными сетями (от 5% до 6%).

Однако, это только средние показатели по всем 24 социальным сетям. Если взглянуть на отдельные сайты, то картина несколько изменится.

Тем не менее результат исследования очевиден: социальные сети не для молодежи.
Вот несколько цифр:

Читать далее

Сила первого впечатления

Каким образом пользователь воспринимает ваш сайт, если видит его впервые? Какие элементы сайта привлекают наибольшее внимание? Сколько времени требуется глазам, чтобы сфокусироваться на чем-то важном?

Источник: seonews.ru

Увлекательная вовлекательность: как зажечь желание гореть на работе

Что такое «вовлеченность персонала», зачем компании-лидеры ее культивируют и что делать, если вашим сотрудникам наплевать на работу? В нашем новом материале – конкретные цифры и факты, вопросники для проверки состояния дел, примеры из опыта ведущих компаний и один добрый совет на десерт!

Что такое вовлеченность

«Кадры решают все» — говорили в СССР. Не врали. С правильными сотрудниками  можно добиться многого. А правильные сотрудники – это люди, увлеченные своим делом, или, как сейчас часто говорят, «вовлеченные».

 

Такие работники:

— заинтересованы в успехе компании;

— удовлетворены содержанием труда;

— видят перспективу личного и профессионального роста;

— принимают и развивают корпоративную культуру;

— создают в коллективе здоровую рабочую атмосферу.

По данным Gallup, число «вовлеченных» сотрудников в компании в среднем колеблется около цифры 60%. В компаниях-лидерах рынка – около 90%.

Читать далее

Разведка займется соцсетями

СВР готовится к активным действиям в социальных сетях, для этого в начале года были объявлены несколько закрытых тендеров на разработку автоматической системы мониторинга блогосферы и влияния на мнение пользователей — пишет газета «Коммерсантъ». Первая из трех разрабатываемых систем будет мониторить социальные сети, выявляя механизм образования центров распространения информации, вторая предназначена для организации экспертного сообщества, а третья займется вбросом в сеть информации, которую требуется распространить. Первые две системы начнут работать уже в 2012 году, запуск третьей должен состояться в 2013.

По информации газеты, опробовать новые инструменты СВР будет в странах ближнего зарубежья, которые ранее входили в зону влияния СССР. Несмотря на то, что внешняя разведка и ФСБ не слишком активно обмениваются информацией, системы могут быть использованы и в российском сегменте сети без дополнительных договоренностей между ними. Основным способом воздействия станет массовое распространение сообщений в соцсетях с зарегистрированных заранее аккаунтов.

По словам экспертов, подобные разработки, предназначенные, правда, не для интернета, но для традиционных каналов распространения информации, велись еще в СССР специальными подразделениями КГБ. Несмотря на несхожесть средств, цели преследовались те же самые: вброс информации, способной расколоть диссидентское сообщество, и сокрытие сведений о природных и антропогенных катастрофах или протестных выступлениях. Влияя на общественное мнение за рубежом, предполагалось, например, способствовать межнациональной и расовой розни в США, что должно было понизить боеспособность державы-конкурента.

http://www.ridus.ru

Самый быстрый способ увеличить доход

О чем знают богатые, но не знают бедные…

Начну со статьи Владимира Куропятника:

«Кому не знакома картина — руководитель ходит в напряжении по кабинету или сидит за своим столом, нахмурившись, и все его мысли в этот момент об одном — откуда бы еще срочно получить денег! Деньги вот-вот должны были прийти, но не пришли…

— Бухгалтер, позвони в банк, узнай, не пришло ли чего.
— Да час назад звонил!
— Еще позвони!

Человек так устроен, что будет думать о том, что болит. Если у него проблема с доходом — все внимание будет на доходе. Но это мало помогает! Те, кто это пробовал, — могут подтвердить!

А что если развернуть свое внимание на 180 градусов?

Читать далее

Как иранский торговец коврами стал калифорнийским венчурным инвестором

Пейман Нозад приехал в Америку без денег и почти без английского и воплотил американскую мечту

В калифорнийском городе Пало-Альто спокойный февральский вечер. Пейман Нозад неспешно пьет чай на террасе отеля Rosewood — излюбленном месте венчурных капиталистов Кремниевой долины. Нозад выбрал столик в самом центре: так он видит каждого, кто заходит внутрь.

«Хей, это же Майк Эббот. Знаешь его? Один из умнейших людей на свете!», — говорит Нозад и начинает энергично махать кому-то в толпе. Эббот недавно ушел из Twitter ради позиции в венчурном фонде Kleiner Perkins Caufield & Byers. После обмена несколькими репликами они прощаются. «Боже мой, это ты! Как поживаешь?», — тут же бросается Нозад к новой жертве. Ей становится Лоренсо Тион, выходец из Италии и основатель компании Powerest, купленной несколько лет назад Microsoft за $100 млн. «Я знал, что ты долго не протянешь в Microsoft. Стартапы — часть твоего ДНК», — говорит ему Нозад. Тион широко улыбается и рассказывает о своей новой «страсти» — стартапе, как-то связанном с дорогим современным искусством. Нозад немного наклоняется и начинает вкрадчиво говорить: «Звучит просто невероятно. Я знаю людей, с которыми тебе точно надо поговорить».

Читать далее

Правила жизни ЛЭНСА АРМСТРОНГА

ЛЭНС АРМСТРОНГ
Велогонщик, 40 лет, Остин, штат Техас

Обращаясь ко всем, кто плюет на велоспорт, хочу сказать одно: вы все циники, скептики, и мне очень жаль вас. Мне жаль вас потому, что ваш разум закрыт. И мне жаль вас потому, что вы никогда не сможете поверить в чудо.

Я ушел из спорта, и теперь мне нравятся разные странные идеи. Например, взять и построить огромную каменную стену. А не так давно я понял, что не прочь стать губернатором. Просто я ехал мимо губернаторского особняка и подумал: «Черт, какой большой особняк, а почему бы мне не сделаться губернатором». Вот бля, я сказал «особняк»? Ненавижу это слово. Конечно же, я хотел сказать «мимо его большого дома».

Для того чтобы бросить любимое дело, нужно иметь очень веские причины. Однажды врачи нашли у меня рак мозга, рак легких и рак яичка — все за один раз. Мне предложили бросить спорт, но я послал всех на хер и, вылечившись, победил в Тур-де-Франс пять раз подряд. Так что когда я говорю про веские причины, я знаю, что имею в виду.

Математика и медицина несовместимы. Врачи могут сказать тебе, что твой шанс выжить составляет 90 процентов, или 50 процентов, или 1 процент. Все это ерунда, потому что, в конечном итоге, есть лишь два варианта: ты продолжаешь жить или тебя кладут в гроб.

Боль может длиться минуту, час, день или год. Но рано или поздно что-то придет на место боли и заставит боль уйти. Главное — дождаться этого момента. Потому что если ты не дождешься его и сдашься раньше, твоя боль станет вечной.

Близость смерти дает цель.

Меня раздражает, когда кто-то говорит, что от рака меня излечил Господь. Если допустить такое, то тогда, в первую очередь, я должен возненавидеть Господа за то, что он дал мне эту болезнь.

Если бы на небе был Бог, между ног у меня по-прежнему были бы оба яйца.

Мне не нравится, что люди привыкли к раку. Когда чей-либо 75-летний дед умирает от рака простаты, они говорят: «Храни его Господь, он прожил замечательную жизнь», вместо того чтобы говорить: «Вот черт, дед мог бы прожить еще двадцать отличных лет».

Думаю, что по-настоящему я захочу отправиться на тот свет лишь тогда, когда, оставаясь живым, перестану жить. Когда я не смогу ходить, когда я не смогу есть, когда я не смогу видеть, когда стану разозленным на весь мир старым капризным бздуном, ссущимся в простыни, — вот тогда я и буду ждать смерти.

Если бы мне предложили выбрать, кем бы я хотел остаться в памяти — победителем Тур-де-Франс или человеком, пережившим рак, я бы предпочел второе.

Если ты боишься упасть с велосипеда, то никогда не садись на велосипед.

Крики неодобрения всегда громче оваций. Если десять людей будут аплодировать, а один будет освистывать, то все, что ты будешь слышать, — это свист.

От таких слов, как «знаменитость» и «слава», меня, как правило, тянет зевать.

Я ни разу не ударил никого из своих детей. Когда дети начинают мотать вам нервы? Лет в восемь? Достаточно для того, чтобы сесть и серьезно поговорить.

Если через десять лет ко мне подойдет мой сын и спросит, нужно ли ему становиться профессиональным велогонщиком, наверное, я должен буду ему сказать: «Ты что, охренел? Становись лучше учителем, или адвокатом, или врачом». Но я никогда не скажу так. Я отправлю его прямиком на гонки, и это лучшее, что я могу для него сделать.

Для меня всегда было очевидно одно: чем быстрее ты крутишь педали, тем скорее ты сможешь отдохнуть.

Боль временна, смерть вечна.

источник: http://esquire.ru